Микротравмы: почему работники их скрывают и как выстроить систему, которая будет работать на профилактику?

С 1 марта 2022 года учёт микроповреждений (микротравм) стал обязанностью каждого работодателя (ст. 226.1 ТК РФ). Но давайте будем честны - во многих организациях журналы учёта микротравм либо девственно чисты, либо заполняются "для галочки" перед проверкой. Почему система, задуманная как фундамент превентивной безопасности, на деле часто превращается в очередную бюрократическую пустышку?

Коллеги, давайте по-чесноку. Вы заходите в бытовку, а там мастер цеха Иваныч виртуозно наматывает на палец синюю изоленту – священный артефакт, исцеляющий даже открытые переломы. Вы спрашиваете: “Иваныч, что случилось?”. А он, пряча руку за спину, отвечает: “Ничего, командир, это я так… для фиксации, чтоб сустав не болтался”.

По статистике в журнале у вас “зеро”, ни одной царапины, ни одного ушиба, а по факту – аптечка наполовину пуста, перекись выпита (шутка, и ещё раз шутка), а пластыри исчезают быстрее, чем премии перед Новым годом. Почему так происходит?

Почему не сообщают о микротравмах

Представьте себе: вы, как герой голливудского боевика, ловко уворачиваетесь от падающего ящика, но всё же получаете лёгкий ушиб. Что делаете? Бежите к начальнику и с гордостью заявляете: “Я получил микротравму!”? Скорее всего, нет. И почему же!?

  • “Это же фуй.. (ой … ерунда)!” – самая распространённая отмазка. Работник думает, что его жалоба на лёгкий ушиб конечности будет воспринята как нытьё. Ведь “в наше время” все работали и не жаловались! Признаться в микротравме на заводе – это как признаться в любви к балету в курилке.
  • Бюрократический ад имени Льва Толстого (квест)
  • 1. Пострадавший обязан предстать перед взором непосредственного руководителя. Руководитель при этом должен смотреть на тебя так, будто ты не палец прищемил, а лично сорвал годовой план поставок в Китай.

    2. Мастер убеждается, что боец ещё дышит, и оказывает первую помощь (обычно это суровый взгляд и фраза “до свадьбы заживёт”, но по регламенту – пластырь).

    3. Мастер бросает все дела (план, обед, сон) и немедленно телеграфирует в ООТ. В воздухе начинает пахнуть цеховым аудитом.

    4. Начинается самое интересное. Пострадавший садится писать объяснительную. Нужно детально описать, о чём он думал за секунду до встречи с углом стола и не было ли в этом злого умысла со стороны мебели.

    5. “Следствие ведут знатоки”. ООТ берёт 3 дня на размышления. В это время проводится следственный эксперимент: “Встань так же. Нет, левее. Теперь покажи, с каким лицом ты входил в контакт с косяком?”. Не хватает только очерчивания угла мелом и служебных собак.

    6. Вишенка на торте (меры по контролю и реализации профилактических мероприятий) – принудительный просмотр 5-часового блокбастера о вреде невнимательности. В кадре суровые люди в касках, закадровый голос как у Левитана. После 3-го часа работник готов признаться даже в убийстве Кеннеди, лишь бы его отпустили работать.

    7. По итогам этой драмы ООТ рождает Справку (с большой буквы С) и торжественно вносит запись в Журнал учёта микротравм. Этот фолиант по весу уже напоминает архив КГБ.

    Итог: Посмотрев на стопку бумаг и представив масштаб следственных действий, работник понимает: проще по-тихому отгрызть себе пострадавший палец и закопать его за цехом, чем пройти через этот административный “мясокомбинат”. Пока регистрация микротравмы напоминает допрос в гестапо, синяя изолента будет нашим главным лекарством. Давайте менять систему, пока у Иваныча не кончилась изолента!
  • Страх перед “наказанием” (даже если его нет). Многие боятся, что если они заявят о микротравме, их начнут считать “неуклюжими, косорукими” и “непригодными” для работы. А вдруг потом им предложат “более лёгкий” труд, который им не по душе и не по зарплате? Или, что ещё хуже, начнут присматриваться к ним с лупой, выискивая новые “недостатки”.
  • “А зачем? Само пройдет!” – ещё один классический вариант. Большинство микротравм действительно проходят сами по себе. Но вот когда таких “самопроходящих” набирается десяток, они могут превратиться в хронические проблемы. А потом кто виноват? Правильно, тот самый СОТ, который “недоглядел, не предвидел и вообще не экстрасенс”.
  • Недоверие к системе. Давайте будем честны, коллеги. Иногда наши системы отчётности и расследования выглядят так, будто их разрабатывали для сбора информации о погоде на Марсе. Сложные формы, куча бумаг, долгие процедуры… Работник думает: “Какого Иглесиаса я должен тратить 2 часа жизни на описание микротравмы, если в итоге получу только мозоль от ручки?”.
  • “Не хочу подставлять коллег/начальника.” Иногда микротравма происходит из-за нарушения требований ОТ, которое допустил не только сам работник, но и его товарищ или даже непосредственный руководитель. В такой ситуации никто не хочет быть “стукачом”. В некоторых организациях система мотивации выглядит так: “Если на участке за месяц случится хоть одна микротравма – премии лишаются все, включая кота в столовой”. Итог: если кто-то роняет на ногу деталь, вся бригада дружно делает вид, что это был новый элемент производственной гимнастики. “Смотрите, как Михалыч грациозно подпрыгнул и завыл! Это он новый элемент праздничного танца репетирует!” Стукач в такой системе живёт недолго, а микротравмы уходят в глубокое подполье вместе с партизанами.

Что делать?

Итак, мы поняли, что работники не любят говорить о микротравмах. Наша задача сделать так, чтобы они не только говорили, но и чувствовали себя в безопасности, делая это. Работник должен быть уверен, что за сообщение о микротравме не накажут, а поблагодарят.

Работник должен знать:
1. Если он сказал о риске – он “красава” и предотвратил беду.
2. Его не назовут “косоруким”, а назовут внимательным.
3. Никто не отберёт премию у кота из столовой.

  • Сделайте так, чтобы сообщить о микротравме было быстрее и легче, чем искать изоленту или заказать пиццу (QR-коды на участках. Работник сканирует код смартфоном, открывается форма из трёх полей: Что случилось?, Где?,  Фото. Никаких ФИО бабушки и индекса места прописки). Либо анонимный ящик предложений и сообщений.
  • Вместо зачитывания инструкций голосом Левитана, покажите реальные фото. “Посмотрите на это фото. Видите палец? Он синий и раздутый, как баклажан, потому что его неделю лечили молитвой и изолентой. Не будь баклажаном, Михалыч, дойди до медпункта!”.
  • Если комиссия по расследованию микротравмы напоминает Нюрнбергский процесс, никто к вам не придёт. Будьте проще. СОТ должен быть “безопасным бро”, а не “палачом”.
  • ОТ-амбассадоры. Выберите из числа работников тех, кто пользуется доверием коллектива. Пусть они станут точками контакта для своих коллег, помогая им разобраться в ситуации и, при необходимости, донести информацию до СОТа.
  • Челленджи, связанные с безопасностью. Например, “Кто найдёт больше потенциально опасных мест на своем участке?” или “Кто предложит самое креативное решение для повышения безопасности?”. Победителей конечно же награждаем!
  • Руководство должно публично и регулярно подтверждать принцип “сообщать – значит защищать”, никакого наказания за сообщение о микротравме или близком к травме событии (near-miss).
  • Короткие, практичные минутки безопасности. Примеры из жизни и юмор работают лучше, чем лекция про стандарты.
  • Небольшие немонетарные бонусы за регистрацию near‑miss и предложения по улучшению (подарочные / скидочные карты, абонементы в качалку (на месяц, полгода), признание). Поощряйте участки с низким уровнем скрытых травм  (публичное признание, грамоты).

Платить просто за “я нашёл дырку в полу” – путь к тому, что работники начнут высасывать риски из пальца (буквально). Не платите за сам факт сообщения о том, что тут скользко. Платите за связку – “Я заметил риск + я предложил, как его устранить”. Каждое сообщение проходит через фильтр ООТ или линейного руководителя. “Пустой” отчёт (высосано из пальца) – 0 баллов. Реальный риск низкой тяжести – 1 балл. Критический риск (который мог привести к тяжёлой травме) – 10 баллов + премия.

Отчёт принимается в зачёт KPI только если в нём есть здравое предложение по улучшению. Если на участке нашли 5 рисков и 4 из них были устранены (силами самого участка или по их заявке через АХО), они получают бонус. Тогда они сами будет фильтровать своих “фантазёров”, потому что лишние фейковые отчёты снижают процент выполнения плана по устранению недостатков. Вместо того, чтобы размазывать бюджет тонким слоем на всех, кто “что-то написал”, сделайте премию значимой.

Раз в месяц либо квартал комиссия выбирает 3 самых крутых кейса, где сообщение и принятые меры реально предотвратили беду. Победители получают  приз (сертификат или премию), а их кейс вывешивается на “Доску почёта безопасности”. Пусть все видят, что стучать – это не западло, сообщать – значит защищать!

Наша задача – создать такую рабочую среду, где каждый сотрудник чувствует себя в безопасности, где его здоровье и благополучие – приоритет.

Коллеги, признавайтесь: какая система фиксации «чуть не убило» (near-miss) у вас реально взлетела, а какая сдохла в муках?

 

Микротравмы: почему работники их скрывают и как выстроить систему, которая будет работать на профилактику?

Автор материала
SecureMind

Комментарии: 1

В прошлом году мне на голову упала полка из шкафа. Я не записала это в журнал, потому что:
1. Запись делается по заявлению работника.
2. Быстрее решить вопрос с этой полкой, чем написать самой себе заявление, потом провести расследование, назначить ответственных приказом, … короче работы минимум на полдня, сами знаете, что вам рассказывать…
Работники относятся к этому так же. Причём я долго и настойчиво пыталась выстроить систему как надо. На крупном предприятии это, возможно, проще. На мелком сложнее – тут проще решить проблему без бюрократии.
Когда у нас работник резанул палец канцелярским ножом – мы оказали ему помощь и тут же продумали меры без этой бюрократии. Повторных случаев не было (прошло года 3 или 4).
В общем, я решила, что если система не работает, а проблемы решаются, то и не надо себя мучить.